Читаем без скачивания Том 27. Обнаженная и мертвая [ Тигрица. Ангел. Обнаженная и мертвая. Убийство экспромтом] - Картер Браун

Тщательно заперев дверь, я вместе с хозяином музея вернулся в дом и прошел на террасу. Сидящие за круглым столом выжидательно посмотрели на нас.

— Это было что-то из музея? — напряженно спросила Салли Крэмер.

— Разумеется, — кивнул Крэмер. — Как всегда, дорогая, ты была права. Пропала одна из противопехотных мин.

— «С-2»? — Форд присвистнул. — Ничего удивительного, что взрыв был таким оглушительным!

— Ты не мог бы… — обрезала его Салли Крэмер, словно от боли прикрыв на мгновение глаза.

— И что же думает делать наш гениальный лейтенант? — насмешливо полюбопытствовал Макгрегор. — Вы нашли какие-нибудь отпечатки пальцев около того места, где она лежала?

— Пока не смотрел, — вежливо ответил я ему. — Но уже сейчас у нас чертова уйма фактов и без проверки отпечатков пальцев. Не желаете ли ознакомиться с ними? Убийца должен был знать распорядок полетов, который вы определили между собой вчера вечером, он бывал в музее и имел достаточное представление о взрывных устройствах, чтобы присоединить часовой механизм к этой мине. И, кроме того, у него должна быть серьезная причина для убийства Митча Крэмера.

Угрюмо глядя на меня, Макгрегор пожал мощными плечами:

— Черт, откуда мне знать, кто это?

— Должны же быть у вас какие-то мозги, — ласково заметил я. — Не слишком много, я не настаиваю на этом, но хоть что-то должно быть в вашей тупой башке. Так что думайте сами. Кто, по-вашему, отвечает всем этим фактам, разумеется, за исключением вас, приятель?

— Не расходись, Стью, дорогой! — поспешно предостерегла его Эйнджел. — Лейтенант прав: простейший способ доказать ему, что не ты подложил бомбу в самолет, — это помочь ему найти того, кто это сделал.

— О’кей, — проскрипел Сэм Форд, прежде чем его приятель-тугодум ухватил основную идею, — давайте посмотрим на это с вашей точки зрения, лейтенант. Значит, во-первых, у нас имеется Стью, во-вторых, я. Клиф Уайт — еще один подозреваемый, и полагаю, не из последних. Ведь он так и не простил тебе, Митч, свою ногу!

— У тебя слишком разыгралось воображение, Сэм, — грубо заявил Крэмер. — Клиф — отличный парень. — Однако было не похоже, что он сам в это верит.

— Не хотелось бы говорить об этом, — живо вмешалась Эйнджел, — но если вы считаете, что кто-то, серьезно желающий избавиться от Митча, должен был хоть немного поинтересоваться механизмом взрывных устройств, тогда вы должны включить в число подозреваемых и нас, женщин.

Салли Крэмер смерила ее холодным взглядом.

— Что еще, дорогая, взбрело в твою голову, обычно занятую только сексом? — ледяным тоном процедила она.

— Дорогая, — ласково улыбаясь ей в ответ, пропела Эйнджел. — Во всех других отношениях, кроме этих взрывных устройств, мы полностью подходим. Мы знали, какую очередность полетов ребята вчера установили, и, конечно, обе знали о музее, его опасных экспонатах.

— Следовательно, в деле мог участвовать любой из вас, — расстроенно констатировал я. — Итак, теперь у нас появилось пять подозреваемых. Больше никого?

Все угрюмо молчали, пока я не рискнул пустить в ход полюбившееся шерифу предположение.

— Вы больше никого не забыли? — мягко спросил я. — Как относительно Филипа Ирвинга?

— Ирвинга? — с недоумением переспросил Крэмер, взглянув на меня. — Почему это может быть он?

— Он же был здесь сегодня утром, — напомнил я ему. — Насколько мне известно, он покинул ваш дом за час до начала ваших полетов.

Они растерянно смотрели друг на друга, как будто я вдруг подкинул им ответ на все вопросы.

— Эге! — прогремел бас Макгрегора. — Это верно. Он как раз был здесь вчера вечером, когда мы бросали жребий, кому лететь первому.

— Ирвинг был здесь вчера вечером? — постарался я уточнить.

— Конечно, — кивнул Крэмер. — Оставался на ночь. Хотел поговорить со мной по делу, но мы так и не подошли к этому. Но чтобы Ирвинг подключил к мине часовое устройство! — Он медленно покачал головой. — Это просто смешно. Филип из тех, что впадают в истерику, если порежутся во время бритья.

— Не преувеличивай, Митч, — сухо одернула его жена. — Я согласна, Ирвинг не из того теста, из которого выпекают героев. — Последнее слово она произнесла с явным сарказмом. — Но он вовсе не такой уж нервный.

— Только когда дело касается рыжеволосых женщин, — тихо промурлыкала Эйнджел.

Голова Салли Крэмер резко дернулась в сторону блондинки, как если бы кукловод вдруг натянул веревочку.

— Что ты хочешь сказать своей глупой остротой? — прошипела она.

— Дорогая, — Эйнджел небрежно повела плечом, — я только подумала о вчерашнем вечере. Когда к полуночи ребята напились вдрызг, я выходила немного подышать. Вы с Ирвингом были так поглощены друг другом там, в темноте, что я не решилась вас побеспокоить. Но мне показалось, что он очень нервничал, говорил, что Митч может выйти на террасу в поисках тебя. Я могла бы избавить его от тревоги, — именно тогда Митч никуда не мог выйти, во всяком случае без посторонней помощи, — но подумала, что вам не понравится, если я нарушу ваше уединение.

В следующую секунду все одновременно закричали друг на друга.

— Ты просто грязная, лживая… — завизжала Салли Крэмер.

— Что, к черту, происходит? — грозно прогудел Крэмер.

— Эйнджел, — взревел Макгрегор, — попридержала бы ты свой длинный язык!

— Господи! — простонал Форд, ни к кому не обращаясь. — Теперь грязь польется потоком… и это сегодня, в такой день, когда…

Дверь на террасу с пронзительным скрипом распахнулась, и они все сразу замолчали — так же внезапно, как до этого одновременно подняли жуткий крик. Наступившая тишина составила разительный контраст с царившим секундой раньше бедламом.

На террасу вошел Клиф Уайт и, минуя Полника, заковылял по направлению ко мне, с шумом волоча левую ногу.

— Лейтенант, — грубым голосом прогудел он, — думаю, вам нужно кое-что знать.

— Например? — насторожился я.

— Например, о прошлой ночи. Было где-то около двух, и я не мог уснуть из-за шума, который они здесь подняли, — сказал он, не отводя от меня взгляда и намеренно игнорируя остальных, напряженно смотрящих на него. — Тогда я вышел на воздух и как раз увидел двоих людей, выходящих из ангара, — мужчину и женщину. А сегодня утром на полу в ангаре нашел вот это.

Уайт протянул мне маленькую золотую брошь в форме летящего гуся. Я повертел его в ладони, чувствуя, что злоба механика направлена не на меня лично.

— Почему вы не сказали мне об этом раньше, Клиф? — спросил я, — Час назад, когда я только что пришел и разговаривал с вами на улице?

— Я думал это приберечь, — просто ответил он. — Если бы вы оказались обычным паршивым копом и прицепились бы ко мне, потому что маленького человека проще всего обвинить и запутать, начали бы меня слишком донимать, тогда я заставил бы вас выглядеть полным дураком. Понятно?

— Почему же вы изменили свое решение?

Клиф пожал плечами:

— Вы не стали сразу ко мне цепляться, как я ожидал. Мне даже показалось, что я вам чем-то обязан, лейтенант. Не очень, но все-таки.

— Вы узнали этих мужчину и женщину?

— Было слишком темно. — Он медленно покачал головой. — Я видел только их силуэты, больше ничего.

Я бросил золотого гуся на низкий круглый стол, и все молча уставились на него, как будто ожидая, что в любой момент он предъявит официальное обвинение.

— Кто-нибудь узнает эту брошь? — поинтересовался я.

— Ну, разумеется, — хрипло откликнулась Эйнджел. — Она моя. Ребята с их уникальным, но идиотским чувством юмора подарили мне ее несколько недель назад, еще сказали, что эта вещица — единственное, чего мне не хватает, чтобы иметь настоящие крылышки, как у ангела.

— Как Клиф мог найти ее в ангаре этим утром? — задал я следующий вопрос.

— Потому что, видимо, я обронила ее там прошлой ночью, — невозмутимо пояснила Эйнджел.

— Так это вас он видел прошлой ночью выходящей из ангара вместе с мужчиной?

— Да. — Она дерзко мне улыбнулась. — Но не радуйтесь, лейтенант, у меня несокрушимое алиби.

— То есть?

— Это значит, что я была в ангаре вместе с предполагаемой жертвой убийства, и мы были… как бы это сказать… достаточно близко друг от друга, чтобы можно было подумать, что это я установила в самолете ту проклятую бомбу!

Лицо Крэмера приобрело зеленоватый оттенок. Было ясно, что он готов провалиться на месте или вознестись на небо, все равно, лишь бы не находиться здесь, рядом со своей женой. Напротив, лицо Салли Крэмер налилось кровью, и она устремила убийственный взгляд на безмятежную Эйнджел.

— Что скажете? — обратился я к Крэмеру. — Это правда?

— Да, полагаю, да, — с трудом пролепетал он. — Но в этом не было ничего такого, мы просто вышли подышать воздухом, понимаете? Взглянуть на самолет, вот и все. Мы совсем недолго были внутри ангара, не больше…